Андрей Кузнецов: Было бы здорово закончить сезон победой в Кубке Кремля

16.09.2014 16:42
773

Российский теннисист Андрей Кузнецов в нынешнем сезоне показал ряд неплохих результатов — дошел до третьего круга на Уимблдоне и Открытом чемпионате США, одержав победы над сильными испанскими игроками Давидом Феррером и Фернандо Вердаско. В разговоре с корреспондентами агентства «Р-Спорт» Марией Воробьевой и Андреем Симоненко Кузнецов рассказал, как изменился его настрой на матчи с элитными соперниками, оценил прогресс в собственной физподготовке, а также признался, что трюки на корте у него получаются сами собой.

— Андрей, когда вы только начинали играть в АТР-туре, говорили, что самое сложное — держать постоянную концентрацию, поскольку соперники просто так своего не отдают. Сейчас ваше восприятие изменилось?

— Игра-то по сути не изменилась, но, наверное, умение держать эту концентрацию стало для меня более естественным. Возможно, теперь стало немножко проще, но все равно периодически случаются провалы. Хотя они и у звезд бывают (улыбается). Несмотря на неудачи, стараешься держать фокус дольше, не отвлекаться ни на что, поскольку провалы в концентрации во время матча должны быть как можно короче.

— За счет чего удалось обыграть Феррера в пятисетовом матче на Уимблдоне?

— Наверное, подкопил каких-то навыков, опыта — и все получилось. В матче с Феррером я действительно показал свой лучший теннис в этом сезоне. А тут еще и звезды как-то так сошлись, что я одержал победу.

— В этом году у вас в плане результатов прогресс значительный. А что вам ваши ощущения подсказывают?

— Не хочется сглазить (смеется). Но надеюсь, что качественный прогресс есть. На двух турнирах Большого Шлема я играл хорошо, да и продолжаю играть достойно. Вообще сезон достаточно удачный, хотя начинался он не слишком хорошо. Но с каждым турниром, с каждым новым матчем я прибавлял. Надеюсь, что на этом не остановлюсь! И этот сезон еще не закончен, и потом начнется подготовительный период, в котором удастся еще улучшить качества своей игры. Плюс нужно продолжать подтягивать «физику». Хоть многие и говорят, что в плане физической формы у меня есть улучшения, о чем свидетельствуют мои победы в пятисетовых матчах, но стремиться мне еще есть куда.

— Андрей Рублев говорил нам, что в Москве тренироваться тяжело, условий не хватает. Вы, насколько мы знаем, продолжаете базироваться в Балашихе?

— Да. Условия у нас в принципе хорошие. Недавно построили новый клуб в Салтыковке, и в Балашихе теперь есть два теннисных клуба. 16 открытых кортов, есть два закрытых «дутика» с более-менее хорошим покрытием. Так что у меня никаких проблем с площадками нет. Единственное, не всегда можно найти спарринг-партнера, поэтому часто против меня на тренировке выходит папа с корзиной.

— Про ваши проблемы с физической подготовкой и выносливостью говорят довольно часто. Это остается вашим слабым местом?

— Всем теннисистам надо над этим работать, и я не исключение — мы с моей командой занимаемся этим вопросом на протяжении последних нескольких лет. Многие это дело форсируют и часто получают травмы. Мы же старались работать над физподготовкой постепенно. Может быть, не было заметного скачка, но шаг за шагом моя выносливость улучшалась.

— Несколько лет назад вы говорили, что специального тренера по ОФП у вас нет. Сейчас ситуация изменилась?

— Я брал с собой на несколько турниров одного французского тренера, которого мы нашли через академию Патрика Муратоглу. Но вообще у меня мама тоже тренер по ОФП, я чаще с ней занимаюсь. Папа тоже видит какие-то вещи, которые я делаю плохо, и мы над ними работаем. И еще я продолжаю заниматься с доктором Блюмом. У него я оказался из-за проблем с ногой, но потом все перешло в общефизическую подготовку.

— В Интернете также есть немало домыслов насчет ваших проблем со спиной — мол, в детстве вам пришлось пройти курс дорогостоящей мануальной терапии.

— Это кто-то просто перепутал — со спиной у меня всегда все было более-менее хорошо. Вообще все началось несколько лет назад с тазобедренного сустава. Сейчас я продолжаю работать, делаю ежедневные упражнения, также нужно следить за восстановлением, но играть с этой травмой можно, как показала практика.

Было бы здорово закончить сезон победой на домашнем турнире

— Матч с Энди Марреем в третьем круге US Open вы провели очень прилично, но для победы чего-то не хватило.

— Если сравнивать мое физическое состояние на Уимблдоне и на US Open, то после Феррера в Лондоне я был просто «мертвый». Я считаю, в третьем круге у меня не было шансов выиграть у Леонардо Майера, несмотря на то что он игрок ниже классом, чем Феррер. В США же после пятисетового матча с Вердаско я себя не чувствовал выжатым лимоном, а в матче с Марреем сам допустил ошибку. Плохо начал матч — легко отдал ему первый сет, поборолся во втором, но он все равно его выиграл. А отыгрываться с 0-2 было сложно. Если бы я с самого начала матча играл так, как начал играть с середины второго сета, мог бы показать совсем другой теннис. В третьем сете было видно, как он «подсел», начал хромать, хотя мне сказали, что он всегда себя так ведет (улыбается). Но у него случаются провалы, поэтому если бы я сам все сделал хорошо, шансы выиграть бы у меня были.

— Вы регулярно выдаете хорошие матчи и турниры, а продвижения в рейтинге нет. Психологически тяжело быть в конце первой сотни (Кузнецов сейчас 81-й), когда знаешь, что способен на большее?

— Намного тяжелее знать, что ты можешь быть в топ-100 и быть за пределами сотни (смеется). Чтобы быть выше, нужно выигрывать турниры. Мы ставили в этом году задачу не просто быть в топ-80, условно говоря, а выиграть турнир ATP. И в этом плане мы определили цель верно — хоть я турнир пока и не выиграл, но сезон провел хорошо. Да и шансы достигнуть цели еще есть! Тот же Кубок Кремля было бы неплохо выиграть (улыбается).

— Это на остаток сезона главный старт?

— Я еще сыграю на двух крупных «челленджерах». А на Кубок Кремля я пока не попал — где-то восьмой-девятый в «ауте», но даже если не попаду, надеюсь, что дадут wild card. Но закончить сезон победой на домашнем турнире было бы здорово.

— Состав еще приличный в этом году.

— Да уж, если все приедут, будет непросто.

— Но ведь даже недавний финал US Open показал, что все звезды бывают уязвимы. Собственно, почему бы на месте Марина Чилича и Кэя Нисикори не оказаться и вам? Поняли, что дверь уже не просто приоткрыта, а фактически распахнута?

— Такое ощущение есть. Был момент, когда я был уверен, что Новак Джокович выиграет этот турнир. Но как показывает практика на примере других людей — любого соперника можно обыграть. И это вдохновляет, вселяет надежду.

— Может быть, звезды уже немного подустали вариться в этой каше, играть финалы только друг против друга?

— Они же тоже люди. Был у Джоковича один матч, в котором он не показал максимум своих возможностей — с Нисикори. У всех такие моменты бывают. Тем более, когда у тебя беременная жена дома сидит, вдвойне непросто, наверное (улыбается). Роджеру Федереру уже за 30. А возраст тоже играет свою роль.

Трюки получаются спонтанно, но зрителям нравится

— Олимпийский чемпион в прыжках в высоту Иван Ухов в начале этого года показал приличный результат — 2,40 метра, но сказал по этому поводу: подумаешь, ничего особенного. Они борются за мировой рекорд, равный 2,45 метра, и на этом фоне 2,40 действительно кажется не такой уж «страшной» высотой. Мы это к чему: для вас победы над теми же Феррером и Вердаско — это вехи в карьере или нечто промежуточное?

— Я не могу сказать, что испытывал какой-то дикий восторг после победы над Феррером или Вердаско. Да, это все приятно, конечно, но я был к этому готов и настраивался на победу над этими соперниками. В этом, кстати, принципиальная разница с матчем двухлетней давности против Жо-Вильфрида Цонга на «Ролан Гаррос», который вы, возможно, помните. Тогда у меня в голове не было мысли выиграть. Я понимал — победителем мне не выйти, главное — просто показать хорошую игру. А сейчас другое мышление — даже со звездами выходишь настроенный на победу.

— Интересно, а если бы тогда вышли выигрывать у Цонга, получилось бы? Ведь 6:1 было в первом сете без шансов для него...

— Я думаю, да. Матч бы по-другому сложился. Хотя, конечно, Цонга тогда прибавил после моих 6:1. Помню, как начал подавать за 220 км/ч, у меня та-а-акие глаза были (смеется).

— Победа на юниорском Уимблдоне 2009 года до сих пор самая яркая по эмоциям?

— Это была первая для меня большая победа в карьере. Но она, если честно, уже осталась в прошлом. Единственное, что приятно — когда приезжаю на Уимблдон, вижу свою фамилию в зале чемпионов. А так не могу сказать, что хорошо помню ту победу. Она была, конечно, неожиданной. Я первый раз в жизни приехал играть на траве. Никто даже и не думал, что я выиграю тот турнир.

— Андрей, у нас есть традиция задавать в конце интервью несерьезный вопрос. Для вас мы подготовили вот что. Есть теннисисты, которые никогда ничего не выиграли, но по популярности не уступают многим чемпионам. Яркий пример — француз иранского происхождения Мансур Бахрами, известный своими трюками наподобие ударов спиной к сетке или между ног, благодаря которым он желанный гость всех ветеранских турниров. Нам стало интересно: вы такие удары или, может быть, другие «фишки» тренируете, чтобы выделиться из общего ряда?

— Нет, специально не отрабатываю. Между ног я и так смогу мяч отбить, что там учить (смеется). Вообще, если серьезно, я пробую делать такие удары на тренировках или в тренировочных матчах, но, конечно, никто специально над такими ударами не работает. Сами собой возникают иногда ситуации, когда приходится так бить. У меня, например, было несколько случаев, когда я выигрывал ударом между ног с задней линии навылет. И у сетки тоже несколько раз отыгрывал мяч между ног и побеждал в розыгрыше. Это получается спонтанно и забавно, но зрителям нравится (улыбается).

Мария Воробьёва, Андрей Симоненко
«Р-Спорт»