Андрей Кузнецов: На первом же построении сержант объявил, что прибыл чемпион Универсиады

317
Татьяна Дорогутина / Советский спорт

Тульский теннисист Андрей Кузнецов в интервью «Советскому спорту» рассказал о трудном сезоне, смене тренеров, причине переезда из Тулы в Балашиху и о том, как ему достаются деньги.

«Поменял тренера, а через два месяца уволил»

— Вы начинали сезон в январе с выхода в полуфинал сильного турнира в Сиднее, но сейчас стоите 97-м в рейтинге, хотя ещё не так давно были на 39-й строчке. Что пошло не так?

— Неровный сезон получился в плане результатов. В трёх сильных турнирах в этом сезоне я доходил до полуфиналов, но было и так, когда дальше первого круга не проходил. Но год ещё не закончился. Хочется закрепиться в первой сотне, чтобы не начинать новый сезон с челленджеров. Хочу поменять подготовку, мне кажется, в прошлое межсезонье я с подготовкой не угадал.

— В чём это выражалось?

— Я поменял тренера, поработал с ним два месяца. И оказалось, что он мне не подходит. Смена пришлась как раз на середину сезона.

— В Википедии написано, что у вас два тренера — папа и Йоаким Нюстрём. Это со шведом вы поработали два месяца?

— Да, до этого со мной работал немецкий специалист. А отец всю карьеру меня тренировал и сейчас продолжает. В Москве я всегда тренируюсь под руководством папы. После того, как мы расстались с Нюстрёмом, я обратился в испанскую академию Гало Бланко. Там тренируются Андрей Рублёв и Карен Хачанов. Хотелось поработать с самим Гало, но у него сейчас большая нагрузка, он плотно занимается с Кареном. Поэтому со мной работает молодой тренер.

— Вы сами сообщили Нюстрему, что ваше сотрудничество закончено или папу попросили это сделать?

— Папа меня тренировал до 25 лет, поэтому опыта расставания с тренерами у меня нет. Но папу не просил, к тому же он не так хорошо говорит по-английски. Это был непростой момент для меня. Но Йоаким принял моё решение.

— Двух месяцев хватает, чтобы понять, что тренер не подходит.

— Я понял это через неделю. Но посоветовался с папой, и мы решили не рубить сплеча. Однако в итоге всё равно пришлось расстаться.

— Какие у вас претензии к Нюстрёму?

— Рассчитывал, что получу больше полезной информации, новых знаний, но было всё стандартно.

— Вернёмся к академии Гало Бланко. Жильё там дорогое, всё-таки Барселона рядом?

— А я жильё не снимаю, живу в гостинице. Так удобнее и выгоднее: я же приезжаю три-четыре раза в год, максимум на десять дней. А пару раз останавливался у Андрея Рублёва, он квартиру снимает.

— Чувствуете, что прибавили после занятий в академии?

— Не скажу, что мне подходит испанский стиль. Но Бланко тем и хорош, что никому не навязывает свой стиль. Он отталкивается от возможностей и предпочтений самого игрока. Его советы очень полезны.

«Оштрафовали всего один раз»

— На «ВТБ Кубке Кремля» россиянам должны помогать свои стены. Но вам пока не очень помогают.

— Действительно, несколько лет турнир складывался для меня неудачно — никак не мог пройти первый круг. Наверное, свои стены излишне давили. Но потом удалось преодолеть этот барьер, стало легче. «Кубок Кремля» — особенный турнир, ведь перед своими болельщиками редко приходится выступать. В Москве побеждали Кафельников, Давыденко, Южный. Не скрою: хочется в этот ряд тоже встать.

— Вас часто штрафуют?

— Меня не за что штрафовать. Я в своей жизни только два раза ракетки ломал, причём первый раз в детстве. Меня штрафовали лишь раз — за подсказку тренера. Это было на открытом чемпионате Австралии, но сумма была приличная — 3 тысяч долларов. Мы поговорили с супервайзером, он увидел, что у меня нет ни единого нарушения. Сказал, что отменить штраф не может, но уменьшил сумму в два раза.

— Как спортсмены получают отсрочку от армии, если не представляют ЦСКА?

— Вначале я учился в РГУФКе, поэтому получил отсрочку по закону. Затем по линии общества «Динамо» прошёл службу в спортроте. Две недели находился в части, жил в казарме, ходил в рваном бушлате, который мне был сильно велик, и когда шёл снег, снежинки залетали прямо за шиворот.

— С дедовщиной столкнулись?

— На первом же построении сержант объявил, что к нам прибыл для прохождения службы мастер спорта международного класса, чемпион Универсиады. Это произвело впечатление, ко мне отнеслись с уважением.

«Казахи предлагали хорошие условия»

— Ваша семья перебралась из Тулы в Балашиху, когда вам было 12 лет. На этот шаг родители пошли ради вас?

— Папа как-то привёз своего ученика на турнир в Балашиху, он там удачно выступил, а папе предложили работу. Зарплата была выше, чем он получал в Туле, раза в три. Вначале папа уехал один, потом мы все перебрались к нему.

— Непросто пришлось?

— Непросто, лет шесть снимали жилье, купить не было никакой возможности.

— Когда у вас пошли успехи, вам пообещали предоставить квартиру в Балашихе, но что-то не складывалось. И тогда вы заявили, что перейдёте под юрисдикцию Казахстана, если не будет решен вопрос с жильём. Это были эмоции или действительно хотели сменить спортивное гражданство?

— Такого заявления я не помню. Мне действительно долго обещали квартиру в Балашихе, дело затянулось. Это всё начало напрягать не только меня, но и родителей. Особенно тяжело пришлось маме: женщина должна быть хозяйкой на своей кухне, а вместо этого пришлось столько лет скитаться по чужим квартирам.

На меня вышли представители Казахстанской федерации тенниса. Предложили хорошие условия, в том числе обещали помочь с жильём в Москве. Я рассказал об этом предложении Шамилю Тарпищеву, и дело сдвинулось. Нам дали трёхкомнатную квартиру, сейчас там родители живут, а я переехал к своей девушке в Зеленоград.

— В юности вы испытывали хронические боли в спине из-за нагрузок, это повлияло на ваш прогресс.

— У меня были проблемы с тазобедренным суставом. К 16 годам под влиянием нагрузок они обострились. Традиционная медицина не смогла помочь. Медики развели руками: никаких нагрузок, или будешь ходить с палочкой. Совершенно случайно я познакомился доктором-мануальщиком. Он как раз помогал больным, от которых отказалась традиционная медицина, возвращал людей к полноценной жизни. Он посмотрел мои снимки и сказал, что попробует помочь, но гарантий не давал. Его услуги стоили дорого, у нас не было таких денег. Пришлось залезть в долги. Изначально курс было рассчитан на полгода, но оказалось, что это всё растянулось на 11 лет. Я к этому доктору продолжаю периодически обращаться. И теперь я могу себе это позволить в финансовом плане.

— С Еленой Весниной вы выиграли Универсиаду в Казани. Не думали уделить миксту более серьёзное внимание?

— У нас с Леной тогда хорошо получилось. Хотя полуфинал и финал сложились непросто. Я ведь до этого микст никогда не играл. Но перед Универсиадой был не слишком хорошо готов физически, поэтому в одиночку меня решили не заявлять, а заявили в микст.

Заняться серьёзно? Мы с Леной об этом говорили, но мне не хватает рейтинга, чтобы играть с ней микст в турнирах Большого шлема.

— Вы знаете цену деньгам, поэтому, мне кажется, вряд ли выложите огромную сумму за дорогую машину, как это порой делают наши футболисты.

— Я действительно знаю цену деньгам, слишком тяжело они мне достаются. Но я фанат машин, с 14 лет зачитывался автомобильными журналами, знал про машины всё. Но выкладывать огромную сумму за автомобиль никогда не стану. У меня хорошая, быстрая машина — меня устраивает. Какая? «Мерседес-С63».

Юрий Волохов
«Советский спорт»